Интервью с RedBrand

Евгений Головач и Александр Ширышев — арт-директора компании RedBrand любезно согласились дать интервью для моего сайта, которое я предлагаю вашему вниманию.

Подробно ознакомиться с работами компании и биографией моих сегодняшних гостей вы можете на сайте компании — redbrand.ru. В частной беседе Александр и Евгений рассказали мне некоторые подробности своего творчества и как все начиналось.

— Добрый день, ребята!
Александр Ширышев (А.Ш.): Привет, Андрей!
Евгений Головач (Е.Г.): День добрый, Андрей!

— Расскажите немножко о себе. Откуда вы родом, где учились, сколько вам лет?
А.Ш.: Я из Великого Новгорода. Мне 27 лет. Учился в учебных заведениях, которые не имеют никакого отношения к дизайну.
Е.Г.: Я из Коломны. Есть такой городок на юго-востоке московской области. Мне 33 года. Про образование скажу одно: в моём военном билете в разделе профессия так и записано — «водитель-художник».

— В каком возрасте начали заниматься дизайном профессионально? Как получили первый заказ?
А.Ш.: Затрудняюсь назвать тот момент, который можно считать началом профессиональной деятельности, потому что это не конкретная дата, а растянутый во времени процесс. Первый заказ — ирония судьбы — у меня был на логотип. Прознав про мои некоммерческие эксперименты в Photoshop, однокашник Дима Пепелов попросил меня сделать эмблему для его промо-группы. А я тогда даже не знал про существование векторных редакторов. Нарисовал какое-то чудовище с градиентами и объемностью… В результате Дима сам сделал себе логотип, но от моих услуг, как ни странно, не отказался, и уже через пару месяцев я любовался своими первыми афишами, с удивлениям подмечая разницу между макетом на экране и его материальным воплощением. Пожалуй, именно тогда, я понял, что дизайн — это не просто красивая картинка, а дизайнер — не «компьютерный рисовальщик».
Е.Г.: Было это в далёком 95 году. Я много дней ломал голову, что подарить брату на День рождения. В результате нарисовал картинку, купил рамку и подарил ему на праздник. Через неделю я работал помощником, младшего помощника в рекламной фирме «Янтарь». Первая работа — окраска основания билборда серой краской.

— Кому из вас пришла в голову мысль о создании совместного проекта?
А.Ш.: Тут не совсем правильно представлять этот процесс как последовательность: один придумал, другой согласился. Скорее так: два дизайнера, что называется, созрели, достигнув потолка на определенном уровне развития. Так получилось, что нам одновременно потребовалось шагнуть на уровень выше; так получилось, что мы были рядом, когда нам это потребовалось.
Е.Г.: Всё произошло спонтанно. Александр приехал из Крыма, я вернулся из Дании. Мы встретились и придумали Redbrand. Немного позже довели до ума детали, и работа закипела.

— Расскажите, как появился дизайн вашего сайта? Так притягивающего к себе своей выразительностью и аккуратностью исполнения?
А.Ш.: Ничего революционного в нем нет. Более того, веб-дизайном ни я, ни Евгений не занимаемся. Однако на тот момент моему личному сайту стукнуло два года, и все эти два года я экспериментировал, пытаясь сделать его максимально удобным. Всё, что я успел понять к этому времени про юзабилити сайтов для дизайнеров, я и воплотил в redbrand.ru. Аккуратность же была обменена на кило нервов и десятки бессонных ночей. Поэтому я и не люблю веб-дизайн: нарисовать дизайн не сложно, сложно сделать так, чтобы нарисованное было воплощено в коде один к одному. И самое противное, что в этом процессе ты зависишь от других людей, которые не всегда понимают, чего ты так яростно от них добиваешься.

Евгений и Александр ведут активный образ жизни

— Умеете ли вы рисовать? И важно ли на ваш взгляд это умении для дизайнера?
А.Ш.: Отвечу сразу на второй вопрос: да, это важно. Возьмем двух дизайнеров примерно одинаковой степени одаренности. Плотность и качество идеи у них будут на одном уровне, но при воплощении этих идей дизайнер, который умеет рисовать, будет, несомненно, на уровень выше. Другой вопрос: как и где этому учиться. Я считал и считаю, что тратить 5-6 лет в художественном ВУЗе, рисуя горшки и пластиковые яблоки — преступное расточительство. Это вариант не для дизайнера. Нужно искать более короткие пути, чтобы получить навыки академического рисунка, живописи, композиции и пр. Где? Конкретных мест не могу посоветовать. Наше образование до сих пор не совершенно в этом отношении, хотя все отмечают, что такого сильного академического рисунка, как у нас, нет нигде. В прошлом году я плотно потягивал рисунок, посещая частную студию. Сейчас время от времени хожу на наброски, читаю книги по истории искусств, посещаю выставки.
Е.Г.: Понятие рисовать очень общее. Скажем так, у меня есть некий уровень, который мне помогает. Вот тебя, Андрей, я нарисовать не смогу. А что касаемо дизайнеров, то, конечно, рисовать надо уметь. Недаром в европейских школах дизайна, есть курс академического рисунка и живописи.

— Перечислите на ваш взгляд 5 наиболее существенных требований к логотипам?
А.Ш.: Технологичность, читабельность, охраноспособность, лаконичность, типографическая грамотность.
Е.Г.: У меня тот же список…

— Не устали ли вы еще от айдентики? Или это уже на всю жизнь?
А.Ш.: Устать не устали. А про жизнь загадывать не буду.
Е.Г.: Ну на данный момент гораздо интересней, чем было, скажем, в 1998 году в России. И книг навалом и ресурсов много. Все время что-то новое появляется.
А.Ш.: Точно! Вот в 1999 я появился… Как дизайнер. (смеются)

— Какие инструменты используйте во время работы?
А.Ш.: Голову, руки, простой карандаш, компьютер.
Е.Г.: Молоток, отвертку, дрель. Иногда подключаем лазерный резак и паровой пресс. Если серьёзно, то много лет работаю в AI. Скорее по привычке. На самом деле, работать нужно тем, чем удобно. Вот я за столько лет так и не смог пересесть на Мак, хотя попыток было много. Александр работает в CorelDRAW, и это не мешает ему делать просто фантастические вещи.

— Часто ли вы отказываете заказчикам? И по каким причинам?
А.Ш.: Не часто. Когда у людей есть деньги, не вижу причин для отказа, какой бы не был заказчик. Те типы бизнеса, с которыми мы не работаем по идеологическим соображениям, перечислены на нашем сайте: это табак, порно, религия и политика.
Е.Г.: По причине полной несовместимости взглядов на жизнь вообще.
А.Ш.: О как!

— Как поступаете в тех случаях, когда клиент говорит, что ему не нравится эта работа?
А.Ш.: Во-первых, это редкий случай. От него нас ограждают грамотно составленное техническое задание и умение слушать. Во-вторых, эта ситуация прописана в Договоре, поэтому она не становится неожиданностью: если работа сделана в полном соответствии с ТЗ, то клиент просто доплачивает за дополнительные варианты.
Е.Г.: Мы начинаем помогать клиенту думать, почему не нравится. И, как правило, клиент говорит «О! А ведь все верно выполнено. Давайте оставим первоначальный вариант».

— Остается ли у вас, после вашего объединения, время на общение с друзьями, на любимые занятия помимо дизайна конечно?
А.Ш.: Превращать жизнь в одну сплошную работу — глупо. Ради чего тогда работаешь? Конечно мы отдыхаем с друзьями, проводим время с семьей, занимаемся спортом и не забываем про хобби. Другой вопрос: не так часто как хотелось бы. Но, я думаю, у всех такая проблема.
Е.Г.: Очень мало. Но все же есть. Вот тут модель радиоуправляемой машины собрали, да такой что сам производитель поместил её в свою галерею.


Та самая модель

— Кому бы хотели сказать спасибо за помощь в открытии вашей студии?
А.Ш.: Студия — это некая веха, к которой лично я долго и трудно шёл. И на этом пути были люди, без которых, конечно, не было бы этой вехи. Получается, что они помогли её открыть. Спасибо моему первому заказчику, про которого я уже упоминал, — Диме Пепелову. Спасибо моему первому работодателю — директору РА «Арсенал» Алексею Тихову, который кроме собеседования для соискателей на должность дизайнера, устроил конкурс, на котором я смог себя проявить. Без это конкурса я не попал бы на работу с нулевым портфолио, нулевым опытом работы, да еще будучи студентом, и старт моей карьеры отодвинулся бы на неопределенный срок. Другим моим работодателям тоже спасибо: на каждой новой работе я приобретал какие-то новые качества, учился организовывать свой рабочий процесс, общаться с людьми, отстаивать свою точку зрения. Спасибо Глебу Щавлеву, который уже больше двух лет поддерживает кодингом и хостингом мой личный сайт — еldesign.ru. Он (сайт) сыграл значительную роль в моем становлении, как профессионала. Спасибо моим постоянным клиентам в период фриланса. Благодаря им, я сохранил независимость и подготовил площадку для запуска компании. Много кому хочется сказать спасибо, потому что я считаю, что всё, что происходило в моей профессиональной жизни, методично приближало меня к этой вехе: созданию Redbrand.
Е.Г.: Мамам, Папам, Жене, Дочери, «Тойоте», «Денону», «Сони», «Черри», «Миллеру», Москве, Коломне, Великому Ноагороду, «Никону», «Кэнону», Джону, Полу, Ринго, Джоржу. РФу, МПу, МИПу, ФИПу, КВАПу, СЯПу, КВАПу, ТИЛЛЕ, ВИЛЛЕ, БОМСу.123450999 почтовым ящикам, Биллу, Стиву, Компании «Логические технологии» спасибо за прекрасные манипуляторы, Бендикову Борису. Отдельное спасибо той маленькой штучке справа.

— Бывают ли у вас такие работы, под которыми вы бы не хотели подписываться? И почему на ваш взгляд так происходит?
А.Ш.: Уже давно такого нет. Но я могу рассказать, почему это происходит. Во-первых, потому что многие дизайнеры игнорируют предпроектный этап работы: переговоры с клиентом, составление технического задания, договор на творческие разработки, в котором прописаны все ситуации в отношениях Исполнителя с Заказчиком. Дизайнер «хватает» заказ и сразу бросается к компьютеру что-то рисовать. На выходе получается нечто красивое, но зачастую не то, что надо клиенту. И это не удивительно: ведь клиента никто толком не выслушал. Клиент начинает вносить исправления или вообще просит переделать. Тут уже дизайнер обижается, кричит о том, что его опять не поняли, что клиент — дурак, и с поникшей головой покорно вносит все правки, бубня под нос, что это уже не его дизайн и, конечно, показывать он его никому не будет. Во-вторых, это страх. Страх за деньги. Почему-то многие считают, что если начать спорить с клиентом и что-то ему доказывать, то он сразу же схватит свои деньги и убежит к другому покладистому дизайнеру. Это заблуждение. Конечно же, надо уметь аккуратно общаться с клиентом, но, как правило, конструктивный диалог не только не отпугивает клиента, но и производит благоприятно впечатление. Если клиент на чем-то настаивает, не стоит делать назло плохо, напротив надо попытаться сделать хорошо, сделать несколько вариантов, устроить сравнительную презентацию, на примерах показать, почему это хорошо, а это плохо. Надо уметь подавать и продавать дизайн. Но этому тоже надо учиться.
Е.Г.: Мы уже давно умеем и подавать, и продавать. И даже статьи на эту тему пишем.

— Сколько у вас ушло времени на такие работы как RDA и «Повар Дома»? И расскажите по подробнее, как они рождались, так как работы действительно очень интересные.
А.Ш.: Логотип «Повар дома» интересен тем, что это был единственный вариант логотипа (как правило, я делаю 3 варианта). Я почему-то сразу решил, что это должна быть каллиграфия. Ведь кулинарное мастерство и каллиграфия очень похожи: доведенные до совершенства движения рук, сложные произведения, получающиеся из простых ингредиентов и… душа мастера, которая позволяет превратить ремесло в искусство. С инструментом тоже долго не гадал: решил писать плоским пером АrtPen. Основное время пришлось потратить на то чтобы нащупать композицию, выбрать стиль и отработать его до автоматизма. Затем отсканировал самый удачный вариант и доработал на компьютере. Мне так понравился результат, что я решил его сразу же показать клиенту. Клиент тоже был в восторге и других вариантов с меня не потребовал. Как видишь, многие этапы тут были основаны на интуиции, но это как раз тот случай, когда в дизайнере должно быть больше художника, чем инженера. Передвигать бегунок между этими крайними полюсами тоже надо уметь.
Е.Г.:RDA делался в аврально-вялотекущем режиме два месяца. Я не могу сказать, что муза посетила меня. Была задача — её нужно было решить.

— Откуда черпаете вдохновение?
А.Ш.: Из окружающей жизни.
Е.Г.: Да откуда угодно.

— Слушайте музыку во время работы? Если да, то какую?
А.Ш.: Как правило, да. Музыку слушаю совершенно разную: хаус, хип-хоп, трип-хоп, рэгги, джаз, эмбиент, изи листенинг, этно (суфическую, латино, японские барабаны, индейскую, африканскую), драм’н’бейс и еще масса всего, что не классифицировать в какие-то направления и жанры. Раньше вкусы были более однообразными, сейчас жадный стал до всего. Единственное, что не приемлю — шансон и тяжелый рок.
Е.Г.: Слушаю шансон и тяжелый рок на французском языке. (смеются)

— Что вам больше всего мешает в работе?
А.Ш.: Я сам. Иногда начинаешь нервничать из-за малых сроков или кажется, что заказ не по зубам. Это обычные страхи, которые отвлекают от работы, причем если их не побороть, то они будут усиливаться в геометрической прогрессии, потому что работа-то стоит. Пожалуй, это сродни страхов у артистов перед выходом на сцену: а вдруг в этот раз не получиться.
Е.Г.: Лень. Отсутствие кофе. Дорожные пробки.

— Возьметесь ли вы за заказ, когда надо было вчера, но сойдет и завтра утром?
А.Ш.: Нет, нет, нет.
Е.Г.: Ну я бы не был столь категоричен. Это обсуждается… Если звёзды и планеты сойдутся в круг, реки потекут обратно, мишки в тайге дружно скажут «Хо!», то почему бы нет?

— Ребята, кого вы можете назвать вашими учителями?
А.Ш.: Боюсь показаться гордецом, но, увы, никого. Для меня учитель — это человек, который передает свои знания конкретному ученику в конкретный момент времени. У меня таких не было.
Е.Г.: «Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь…».

— Какую последнюю книгу вы прочитали?
А.Ш.: «Парфюмер». Захотелось прочитать после фильма.
Е.Г.: «Авторское право. Комментарии и дополнения».

— И на последок, что пожелаете дизайнерам и сочувствующим?
А.Ш.: Работать много, работать качественно. Меньше критиковать коллег, меньше ругать клиентов, больше следить за собой.
Е.Г.: Делайте!

— Спасибо вам, ребята, за интересную беседу и успехов во всем!
А.Ш.: Тебе спасибо!
Е.Г.: Да, спасибо, Андрей, за интересные вопросы, и, как говорится, до новых встреч!

С уважением Васильев А.В.
23.12.2006